Авангард

Уральский учебно-методический центр

ДОСААФ России Свердловской области

 
Крылья отваги

Крылья отваги

Содержание

Введение

ПО АНО «Авангард» работает над созданием в Екатеринбурге музейно-экспозиционного пространства, посвященного памяти Григория Андреевича Речкалова, генерала-майора авиации, дважды Героя Советского Союза, одного из лучших летчиков-асов Великой Отечественной войны, уроженца Свердловской области.

Мультимедийный зал появится в центре города Екатеринбурга, на перекрестке улиц 8 Марта и Малышева (у здания ДОСААФ) интерактивного объекта, тематически связанного с проектом, для взаимодействия горожан и гостей города (объект может стать фотозоной, дополнительно привлекая к проекту)

В Свердловской области в настоящий момент есть действующий Культурный центр имени дважды Героя Советского Союза Г. А. Речкалова в поселке Зайково Ирбитского района (на родине летчика). Культурный центр размещен в здании бывшей начальной школы, в которой с 1 по 4 класс учился Речкалов. Поселок Зайково удален от центра области на 180 километров, проезд от Екатеринбурга до поселка составляет три с половиной часа на автобусе или электричке. Проектом предусматривается тесное взаимодействие с Культурным центром полелка Зайково и сообществом Ирбитского района через посредство Ирбитской автошколы РО ДОСААФ Свердловской области.

В проекте задействованы все автошколы РО ДОСААФ Свердловской области.

На настоящий момент в музей ДОСААФ Свердловской области принято и описано в Книге поступлений 645 экспонатов.

В том числе книга «100 сталинских соколов в боях за Родину. Боевой опыт элиты ВВС», подаренная дочерью летчика Любовью Григорьевной в день рождения героя 9 февраля 2015 года. Книга с автографом: «На память всему коллективу Регионального Управления ДОСААФ от дочери Речкалова Г. А. Любы в день рождения папы». Предусматривается пополнение музейной коллекции музейными предметами.

В городе Екатеринбурге работает  Центр истории Уральского добровольческого танкового корпуса, в пространстве которого действует мультимедийная площадка, идентичная заявленной в проекте.

Подержку проекту окажет ООО «Новый вектор».

Этапы работы по проекту планируется освещать в соцсетях и на сайте заявителя проекта, ПО АНО «Авангард».

Историческая справка

23 января 1927 года в результате слияния двух организаций – Авиахима и Общества содействия обороне было образовано Общество друзей обороны и авиационно-химического строительства СССР, сокращенно ОСОАВИАХИМ. Несколько позже эту абревиатуру стали расшифровывать как «Общество содействия обороне, авиацционно-химическому строительству». Съезд избрал Центральный совет и ревизионную комиссию. Президиум Центрального совета ОСОАВИАХИМа возглавил А. И. Рыков – председатель Совета Народных Комиссаров СССР, руководивший до этого Авиахимом.

На момент объединения Авиахим назчитывал в своих рядах более 2 миллионов человек. ОСО – более 300 тысяч человек. Еще задолго до создания ОСОАВИАХИМа, Декретом Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета от 22 апреля 1918 года для вневойсковой подготовки боевых резервов ввели всеобщее военное обучение трудящихся (Всеобуч).

По завершению Гражданской войны, в связи с массовым сокращением Рабоче-Крестьянской Красной Армии, требовался новый подход к обучению населения военному делу, это и предопределило создание в 1920-х годах добровольных оборонных обществ и последующее объединение их в одну многомиллионную патриотическую организацию. Создание подобного общества – явление уникальное. СССР в этом деле стал первопроходцем. Не случайно, в 2020 году ДОСААФ была признана системообразующей организацией. В конце 1920-х начале 1930-х годов на Уральских заводах родилось движение ударных бригад ОСОАВИАХИМа, которое поддержали по всей стране.

В 1931 году на Урале насчитывалось 1652 ударных бригады, члены которых подавали пример высокопроизводительного труда. В Свердловске на заводе «Металлист» ударники-осоавиахимовцы выполняли план на 110-117%, в Лысьве – на 120-180%. Уральская оборонная организация становилась все авторитетнее, ее численность стабильно росла. На 23 февраля 1932 года ряды УралОСОАВИАХИМа насчитывали 1 миллион 65 тысяч человек.

В мае 1932 года уральские осоавиахимовцы поддержали почин рабочих Ленинргадского завода «Красная заря» превратить заводы в «крепости обороны».

В оборонное движение включились и колхозы, и совхозы. В январе 1934 года Уральский областной совет ОСОАВИАХИМа был переименован в Свердловский областной.

16 января 1928 года в Екатеринбурге в театре имени А. В. Луначарского открылся I Уральский областной съезд ОСОАВИАХИМа. Съезд подвел итог мероприятий по слиянию ОСО и АВИАХИМ. На момент открытия съезда в рядах уральских организаций ОСОАВИАХИМа состояло 135685 человек, объединенных в 2908 ячеек. Оборонное общество на Урале имело 11 Домов обороны, 605 уголков ОСОАВИАХИМа, 20 химических лабораторий, 1180 кружков военных знаний, 76 стрелковых тиров, 8 планеров, 3 самолета, 696 малокалиберных винтовок и 458 единиц боевого оружия. Значительное оживление в работу внесла первая неделя обороны 1927 года. Начали действовать многие кружки.

В военную работу включились около 900 женщин. Массовое развитие получили воздушный спорт, авиамоделизм, воздухоплавание. 23 февраля 1928 года в день 10-летия Красной Армии в Москве и Ленинграде состоялась передача ВВС пяти именных самолетов, построенных на средства уральцев: «Уральский рабочий», «Уральский крестьянин», «Уральский металлист», «Уральский горняк», «Златоустовский металлист». С 25 по 30 января 1930 года прошел II Уральский областной съезд ОСОАВИАХИМа. Одним из итогов съезда стало решение о создании Свердловской гражданской авиационной школы по подготовке летчиков и мотористов.

Биографическая справка

Речкалов Григорий Андреевич родился в деревне Худяково Ирбитского уезда Пермской губернии (ныне — посёлок Зайково Ирбитского района Свердловской области) в крестьянской семье.

Семья переехала в село Бобровку под Свердловском, и он закончил 6 классов в школе посёлка Большой Исток.

В 14 лет начал работать электромонтёром на местном мельничном заводе. Позднее переехал в Свердловск и поступил в школу фабрично-заводского ученичества Верх-Исетского завода, начал заниматься в кружке планеристов.

В 1937 году по комсомольской путёвке направлен в Пермскую военную школу лётчиков и в 1939 году в звании сержанта был зачислен в 55-й авиационный истребительный полк в Кировограде.

За время службы в полку участвовал в походе на Бессарабию. Накануне Великой Отечественной войны полк базировался на окраине города Бельцы. За день до начала войны Речкалов проходил врачебно-лётную комиссию и был забракован по причине обнаруженного дальтонизма. Однако 22 июня, когда он вернулся в часть, начальник штаба полка дал ему срочное задание по доставке документов и на медицинское заключение даже не посмотрел.

В начале войны летал на истребителе И-153 «Чайка».

Первую воздушную победу он одержал 27 июня, сбив реактивным снарядом Me-109. Уже за первый месяц войны Григорий Речкалов сбил 3 вражеских самолёта, был ранен сам, но привёл самолёт на аэродром. Он был отправлен в госпиталь, а затем в запасной авиационный полк, осваивать самолёты Як-1, но в апреле 1942 года сбежал в свой полк, который к тому времени получил звание гвардейского и стал именоваться 16-й гвардейский истребительный авиационный полк (16 ГвИАП).

В полку он освоил американский истребитель «Аэрокобра». 30 декабря 1942 года приказом командующего Закавказским фронтом «за 4 лично сбитые и 2 в составе группы самолётов противника и за успешно произведенные 197 боевых вылетов» награждён орденом Красного Знамени.

С весны 1943 года полк вступил в бои с противником на Кубани. За первые две недели боёв Григорий Речкалов сбил 19 самолётов противника, причём в трёх боевых вылетах он сбил по 2 самолёта, а в одном — 3. 5 мая 1943 года «за произведенные на самолёте „Аэрокобра“ 25 боевых вылетов на Кубани в период с 6 по 22.04.43 г. и лично сбитые 3 самолёта противника» награждён вторым орденом Красного Знамени. Указом Президиума Верховного Совета СССР «О присвоении звания Героя Советского Союза начальствующему составу Военно-Воздушных сил Красной Армии» от 24 мая 1943 года за «образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство» с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда». 2 октября 1943 года командир эскадрильи Речкалов «за лично 3 сбитых самолёта противника в одном воздушном бою 01.10.43 г.» награждён орденом Александра Невского. 29 октября 1943 года капитан Речкалов назначен штурманом полка. К июню 1944 года заместитель командира полка Речкалов совершил 415 боевых вылетов, участвовал в 112 воздушных боях и сбил лично 48 самолётов противника и 6 в группе. За новые боевые подвиги гвардии капитан Речкалов Григорий Андреевич Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 июля 1944 года награждён второй медалью «Золотая Звезда». С 15 июля 1944 года по 28 февраля 1945 года временно исполнял обязанности командира 16-го гвардейского истребительного Сандомирского полка. 2 октября 1944 года присвоено звание майора. 22 октября 1944 года «за лично сбитые 5 самолётов противника» майор Речкалов награждён третьим орденом Красного Знамени. 15 апреля 1945 года назначен инспектором по пилотированию 6-го гвардейского истребительного корпуса. Всего за время войны Речкаловым было совершено 450 боевых вылетов, 122 воздушных боя. Данные о сбитых самолётах разнятся. По одним источникам сбито 56 самолётов и 6 самолётов в группе.

По данным М. Быкова, Речкалов сбил 61+4 самолёт противника. Таким образом, Григорий Речкалов оказался четвертым среди лучших советских асов Великой Отечественной войны наряду с Иваном Кожедубом, Александром Покрышкиным и Николаем Гулаевым.

После войны Григорий Речкалов продолжал службу в военно-воздушных силах, в 1951 году окончил Военно-воздушную академию. После окончания академии подполковник Речкалов назначен заместителем командира 10-й истребительной авиадивизии. 7 июня 1952 года полковник Речкалов назначен командиром 10-й авиационной дивизии 52-го истребительного авиакорпуса 57-й воздушной армии. 26 октября 1955 года награждён орденом Красной Звезды.

В январе 1956 года назначен заместителем командира 236-й истребительной авиадивизии 34-й воздушной армии. 19 ноября 1956 года полковник Речкалов назначен командиром 146-й истребительной авиадивизии 29-й воздушной армии Дальневосточного округа. 14 августа 1957 года награждён четвёртым орденом Красного Знамени.

После расформирования частей 29-й воздушной армии, генерал-майор Речкалов назначен 17 декабря 1957 года заместителем командующего истребительной авиацией отдельной Дальневосточной армии ПВО. 3 октября 1958 года генерал-майор Речкалов назначен начальником отдела боевой подготовки Новосибирского корпуса ПВО.

В 1959 году он был уволен в запас. В 1961 году поступил на факультет журналистики МГУ. Жил в Москве (ул. Маршала Бирюзова, д. 4, корп. 1, кв. 8). Умер 22 декабря 1990 года в Москве.

Похоронен рядом с матерью на кладбище посёлка Бобровский Сысертского городского округа Свердловской области.

Покрышкин и Речкалов много летали вместе. C апреля по декабрь 1943 г. они участвовали в 63 совместных групповых вылетах! Более того, летали на свободную охоту отдельной парой. Соответственно, у каждого имелось твёрдое мнение относительно надёжности и боевых качеств друг друга. Александр Иванович считал, что Речкалов слишком увлекается индивидуальными действиями и это идёт во вред общему делу.

Надо сказать, что образ Речкалова как индивидуалиста возник не на пустом месте. Резкий и непредсказуемый стиль пилотирования на пределе возможностей машины, был прямым следствие таланта, но делал Речкалова очень «неудобным» напарником.

Запись в ЖБД 16 гв. ИАП от 16.08.1943 г.

«Ведущий группы капитан Речкалов…резко ушёл в облачность… После потери ведущего, принял командование ст. л-т Клубов… В/бой вёл ст. л-т Клубов с 2 ФВ-190 и 2 Ме-109»

14 мая 1943г. вообще произошёл экстраординарный случай. Речкалов увлёкшись атакой на Ме-109 оторвался от группы (12 истребителей, ведущий -Покрышкин) , потерял ведомого и был вынужден в одиночку выйти из боя.

Сбил Ме-109… не смог пробиться к своей группе…вышел из боя и ушёл домой. Его ведомого — Табаченко сбили. Эта история имела продолжение.

В одном из военных интервью Покрышкин прямо сказал — только то обстоятельство, что Табаченко не погиб, а оказался легко ранен, спасло Речкалова от разбирательств. Григорий Андреевич, это запомнил.

Уже после Войны, работая в архиве, он тщательно подсчитал что за апрель-август 1943 г. у самого Покрышкина было сбито 8 ведомых.

К началу звёздной весны 1943 г. Покрышкин и Речкалов находились на разных, хотя и близких ступенях воинской иерархии. Первый был заместителем командира эскадрильи, по сути выполняя большей частью обязанности командира. Второй — командиром звена в эскадрилье, которой командовал первый . Это было естественно. Покрышкин и по возрасту старше, и служил дольше. В дальнейшем такое положение дел сохранялось. Оба последовательно прошли ступени — комэск, управление полка , командир полка. Весной 1944 г. ,формально, их карьеры даже выровнялись — оба гвардии майоры, оба входят в управление полка. Покрышкин — Зам. командиру полка по ВСС, Речкалов — штурман полка.

Далее Покрышкин становится комдивом, Речкалов, командиром полка. Всё время они служат вместе. Так продолжалось вплоть до 28 февраля 1945 г., когда по характеристике командира 9 гвардейской истребительной авиационной дивизии гвардии полковника Покрышкина, гвардии майор Речкалова был снят с должности командира полка и назначен, инспектором по технике пилотирования.

Это было снятие с командной должности и перевёл на административно-штабную. По сути — обидное понижение.

Версии произошедшего — от неудачного вылета в котором было подбито сразу несколько молодых, до допущенной Речкаловым оплошности по организации патрулирования над аэродромом.

В результате чего, немцы дважды аэродром бомбили. Думается, что одной причины не было. Был комплекс сложившихся обстоятельств: какие-то неудачные действия полка, история Клубова…

Наконец, просто мнение командиров (решение комдива Покрышкина утверждалось командиром авиакорпуса) о том, какой должности соответствует подчинённый.

Немецкий автобан Бреслау-Берлин, превращённый в аэродром. Аэрокобра дивизии Покрышкина заходит на посадку. Бомбёжка именно этого автобана-аэродрома стала поводом к снятию Речкалова с должности командира полка. До весны 1943 г . Покрышкин и Речкалов вовсе не считались главными звездами в 55 (позже 16 гвардейском) истребительном авиаполку. Были пилоты и сбившие больше, и награждённые больше. Например В. Фигичев или В. Карпович. Но с весны 1943 Покрышкин и Речкалов начинают действительно много сбивать и активно награждаться.

Первые звезды ГСС они получают в один день. Даже в Указе о награждении их фамилии стоят рядом. За Покрышкиным числится 13 лично сбитых (наградной лист от 22.04.43 г), за Речкаловым — 12 (наградной лист от 03.051943).

Вторую Звезду Покрышкин получил буквально через 4 месяца (Указ от 24.08.1943 г.) когда на его счету числилось 30 лично сбитых.

Речкалов вторую звезду не получил ни за 30, ни за 35, ни за 40. Только 1 июля 1944 г., когда на его счету было по разным подсчётам от 46 до 48 сбитых, выходит Указ о награждении его второй Звездой.

Есть разные версии подсчёта засчитанных Покрышкину и Речкалову сбитых немцев. Как правило, количество лично сбитых у них либо равно, либо с небольшим преимуществом лидирует Речкалов. Григорий Андреевич, так и не смог смириться с тем что при условно равном счёте побед, Покрышкин получил на Звезду больше и дело не в самой Звезде, а именно в характере Речкалова.

В его неприятии того, что ему казалось несправедливым. Как было на самом деле, могли бы рассказать только эти двое. Нам сегодня остаётся только предполагать на основе скудных документов и воспоминаниях близких. Версия поклонников Речкалова (озвученна в работах А.И. Табаченко и приведена в Википедии) такова: к моменту ранения 22 июля 1941 г., Речкалов сбил 3 немецких самолёта.

Сведения об этом попали в документы 55 истребительного авиаполка и 216 авиадивизии в которую входил полк. Затем 55 ИАП, попал в окружение.

Часть документов, в том числе по учёту сбитых немецких самолётов была уничтожена. Через 8 месяцев Речкалов вернулся в полк, на том основании, что документы полка уничтожены, этих троих сбитых ему не засчитали.

Другим же лётчикам полка, сбитых по уничтоженным документам, наоборот, засчитали. В том числе и Покрышкину. По воспоминаниям близких, после войны Речкалов, с помощью архивов пытался доказать что троих его сбитых, приписали другим лётчикам. Возможно даже самому Покрышкину. Но тандем асов — трижды Героев, маршалов авиации уже сложился, стал частью официальной истории.

Разбираться, кому чьих сбитых засчитали, ради даже такого заслуженного дважды Героя никто не стал. В наградном листе на первый покрышкинский орден — орден Ленина (лист от 19.11.41, утверждён 03.12.41 г.), ссылок на сбитые нет.

Указание на то что был дважды сбит сам — есть, описание конкретного, сверхважного вылета — есть. А информации о сбитых в период июнь-ноябрь 1941 г. — нет.

Покрышкин высоко ценил Речкалова, как воздушного бойца и командира начального уровня. Но не простил ему ошибок когда тот стал командиром полка. Для Речкалова же, Покрышкин не был «отцом-командиром-учителем», он помнил его обычным зам.комэска соседней эскадрильи. К сожалению, Григорий Андреевич не сразу понял суть командирской работы.

А подсказать — научить рядом никого не было. Глянцевая, парадная картинка безупречных героев не соответствует действительности. Это были два человека с резкими характерами и сильными страстями. У одарённых людей по другому и быть не могло. В 1985 г. вышел документальный фильм посвящённый Александру Ивановичу — «Хозяин неба».

В кадре прославленные асы-однополчане: Голубев, Карпович, Искрин, Труд, Девятаев… Речкалова не пригласили. А может быть сам отказался. Фамилия Речкалова прозвучала один раз. Вскользь.

Восстановленное фото. Покрышкин вернулся с вылета. Эта съёмка была организована к присвоению ему звания трижды Героя. Летал он в том вылете на самолёте Речкалова. На заднем плане именно речкаловская «кобра».

Александр Иванович Покрышкин был председателем ЦС ДОСААФ России с 1972 по 1981 год. Он вывел ДОСААФ из подвалов, где ютилось в ту пору оборонное общество, добился должного финансирования, поднял престиж и значимость организации на очень высокий уровень. Всю жизнь А.И. Покрышкин оставался неравнодушным человеком, вел огромную общественную работу, был депутатом Верховного Совета СССР 2-10 созывов, членом Президиума Верховного Совета СССР (1979-1984 гг.), членом Союза писателей СССР, автором ряда книг, ставших военной литературой. Среди них «Небо войны», «Познать себя в бою», «Тактика истребительной авиации».

Воспоминания Дважды Героя Советского Союза гвардии майора Речкалова Г.А. 

Групповой воздушный бой

Стоял октябрь 1943 г. Немцы не хотели признавать, что могущество их авиации в воздухе было уже подорвано. Немецкое командование стремилось всеми силами и средствами дать реванш за Сталинград и Кубань, где их авиация понесла жестокое поражение. К моменту нашего наступления на р. Молочной у немцев было около 1800 самолетов, из них 1200 бомбардировщиков.

Затишье на других фронтах давало возможность немцам использовать резервный воздушный флот на этом участке фронта и производить маневр авиации за счет других фронтов. Наши летчики-истребители имели большой боевой опыт, пройдя боевую школу в воздушных сражениях на Кубани.

Утром 1 октября 1943 года после сильной артиллерийской подготовки наши войска перешли в наступление и к полудню местами вклинились в немецкую оборону от 2 до 12 км. Особенно успешное продвижение было в направлении крупной ж.-д. станции Пришиб.

Как и следовало ожидать, стремясь задержать наступление наших войск, немецкое командование направило основные силы своей авиации именно на это направление.

Противник появлялся большими группами бомбардировщиков Хе-111, Ю-88, Ю-87 поэшелонно (в эшелоне от 18 до 30 самолетов). Каждый эшелон прикрывался 48 Ме-109. Временные интервалы между эшелонами были от 15 минут до 1 часа. Перед приходом бомбардировочного эшелона в район его действий приходили истребители численностью до 46 Ме-109 с задачей расчистки воздуха. Такое положение в воздухе продолжалось в течение дня. Только к вечеру, понеся большие потери, противник снизил интенсивность налетов.

Наши летчики-истребители делали по 46 вылетов в день, сопровождающихся ожесточенными воздушными боями. Прежде чем перейти к описанию воздушного боя, необходимо остановиться на организации в нашей части боевых вылетов.

Организация боевого вылета

Подбор количества и состава группы. Ежедневный подбор групп проходил в соответствии с задачами, поставленными полку, и с учетом боевого опыта каждого летчика. Группа составлялась из одной эскадрильи, причем сохранялись слетанные пары и звенья. Такая группа (патруль) планировалась штабом полка и заносилась в график на вылет.

В процессе выполнения задачи, в зависимости от воздушной обстановки, напряжения воздушных боев, количества участвующих в этих боях самолетов противника, наряд самолетов в нашей группе иногда приходилось менять.

Наряд самолетов в патруль назначался таким образом, чтобы изменение количества самолетов в группе не меняло количества запланированных групп и их готовность для всех вариантов боя по плану. Предполагалось, что очередная группа должна быть готовой вылетать в любое время для наращивания сил в бою, а вместо нее по графику должна была вылетать последующая группа.

В каждую четверку, как правило, включался один молодой летчик с целью ввода его в бой. В том случае, когда воздушные бои носили особенно ожесточенный характер, на выполнение задания вылетали летчики, имеющие не менее 10 боевых вылетов.

Каждый молодой летчик, прежде чем вылететь на боевое задание, должен был тщательно тренироваться в слетанности со своим ведущим над аэродромом, с тем чтобы приобрести некоторый опыт в производстве совместных атак, уметь грамотно выходить из атаки и уходить из-под атаки противника.

В шестерку или восьмерку брали, как правило, одного-двух молодых летчиков с их постоянными ведущими. Они летели на боевое задание обязательно на том же самолете, на котором тренировались.

Таким образом мы не ощущали ослабления группы «молодняком», а новые летчики незаметно для себя втягивались в боевую работу.

Ведущие групп всегда назначались из командиров эскадрилий, их заместителей и наиболее опытных командиров звеньев, однако командиры звеньев возглавляли только звено (четверку).
Постановка задачи и проработка задания с летным составом.

Общая задача, поставленная перед полком, как правило, доводилась до летного состава лично командиром полка или его заместителем, а иногда и командирами эскадрилий до начала боевых вылетов.

Штаб полка, реализуя решение командира, тут же определял количество групп, необходимых для выполнения данной задачи, с учетом исправных самолетов и резерва.

Составлялся график вылета каждой группы с учетом и запасного варианта на случай возможного изменения в обстановке.

Затем каждый ведущий собирал свою группу и уточнял знание поставленного перед группой задания. Опрашивались все летчики группы. Убедившись, что задание понято всеми летчиками правильно, командир группы (патруля) переходил затем к проработке выполнения самого задания, т. е. проводил проигрыш предстоящего боевого полета.

Проигрыш полета. Вначале вся группа разбивалась на две подгруппы: ударную и прикрывающую.

Ведущий прикрывающей подгруппы назначался заместителем командира всей группы. Подробно указывались: боевой порядок, дистанции, интервалы и с каким превышением должны идти четверки и пары в четверках во время патрулирования.

Затем каждой паре в звене и звену в целом ставились конкретные задачи на весь полет – от взлета до посадки, с учетом тактики действия противника, применявшейся в последних встречах. Повторялись выводы последних разборов боевых вылетов.

Убедившись в знании боевого порядка и своего места в нем каждым летчиком, переходили к проработке действий каждой пары и звена на случай изменения обстановки или изменения условий полета и состава группы.

Для большей ясности приведу пример. Во время полета к цели по какой-либо причине из строя вышел самолет, ведущий или ведомый. В этом случае, независимо от того, где бы группа ни находилась, его напарник обязан сопровождать своего товарища до аэродрома и произвести посадку вместе с ним. Это нужно потому, что в общем строю он один без прикрытия становится лишним самолетом.

Когда пара ушла из звена, то оставшаяся пара вынуждена была выполнять задание одна, по одному из вариантов, предусмотренному еще на земле при проигрыше полета. Изменения в составе одного звена и переход его к действию по запасному варианту требуют изменения плана действий всей группы.

Количество бомбардировщиков не изменяло порядок наших действий, ибо они оставались во всех случаях самообороняющейся воздушной мишенью.

С увеличением числа бомбардировщиков мы увеличивали количество групп или увеличивали состав группы (особенно ударной), действия же оставались прежними. Совершенно по-иному влияло на наши действия количество истребителей прикрытия. Исходя из тактики противника мы обычно рассчитывали встретить в прикрытии вражеских бомбардировщиков от 4 до 8, реже до 12 истребителей. Если же их было 30, как, например, под Никополем, то порядок наших действий должен был быть иным.

Расчет своих сил мы строили так: на четверку или шестерку истребителей прикрытия бомбардировщиков противника всегда выделяли звено, идущее в группе прикрытия.

Если истребителей прикрытия было 8–12, то звено прикрытия усиливалось парой истребителей из ударной группы. Такое распределение сил вполне обеспечивало действия ударной группы.

Если истребителей прикрытия было значительно больше, то учитывалась возможность поддержки в воздушном бою дежурными группами. Прикрывающая группа сковывала усилия, чтобы не допустить прицельного бомбометания вражеских бомбардировщиков.

Учитывалось и обратное, т. е. что в действительности истребителей прикрытия могло оказаться меньше, чем предполагалось встретить.

В этом случае одна пара из группы прикрытия переходила в состав ударной группы. Были случаи, когда вся прикрывающая группа переходила в состав ударной группы, но это применялось как исключения и то при изменении обстановки, обычно распоряжением ведущего группы.

Одновременно предусматривалось взаимодействие и в других случаях, а именно: повреждение или потеря нашего самолета, встреча с одними истребителями, отказ радио, отказ вооружения и др.

Организационные указания. К ним относятся указания командира полка на день; недостатки предыдущих вылетов; новое в действии противника или изменения в его материальной части; использование радио в полете, штурманские указания. Проверка материальной части, вооружения и спецоборудования производилась самим летчиком.

Патрулирование

Моя группа состояла из 8 самолетов «Аэрокобра» в двух подгруппах: 1) ударная группа: ведущий группы – Речкалов, ведомый – Голубев, ведущий пары – Жердев, ведомый – Душанин; 2) прикрывающая группа: ведущий – Клубов, ведомый – Ивашко, ведущий пары – Чистов, ведомый – Семенов.

Помимо основного района прикрытия была дана запасная задача: прикрыть в районе Садова Гора, Новый Токмак сосредоточенную для ввода в прорыв конницу генерала Кириченко.

Воздушная обстановка к нашему вылету была нам известна по информации штаба полка, получившего данные с КП командира дивизии, и от летчиков, летавших на задание.

Противник в этот день летал так: первая группа 9 Хе-111 под прикрытием 2 Ме-109 на высоте 4500 м, через 30 минут смешанная группа Хе-111 и Ю-88 – 16 самолетов под прикрытием 4 Ме-109 и через 20 минут вслед за второй, на высоте 4000 м третья группа – 30 самолетов Ю-87 под прикрытием 4 Ме-109. По графику мой вылет был намечен в 10.10.

Реклама

Летчики находились у самолетов, когда с КП полка (сигналом «Ракета») нам был дан взлет. Взлетали в 10.20, немедленно легли на курс и с набором высоты пошли в район патрулирования.

В это время над целью шел воздушный бой с 30 бомбардировщиками Хе-111 и Ю-88. Моя группа пришла в район патрулирования на высоте 4000 м. Бой к этому времени уже закончился.

Связавшись со станцией наведения, я получил от нее предупреждение: «Быть внимательнее, скоро должны прийти «лапотники»!» (Ю-87). В ожидании самолетов противника я набрал высоту до 5000 м. Из-за дыма от пожаров видимость ниже 1500 м была плохая, выше – отличная. Облачности не было.

Маневр своей группы я строил с севера на юг и обратно. После каждого разворота шел со снижением до высоты 3500–3600 м с целью увеличения скорости, что позволяло лучше просматривать район прикрытия, при этом одновременно экономилось горючее, охлаждался мотор. Фронт группы был построен в сторону противника.

Солнце было все время в стороне, противоположной моему фронту. Это достигалось самостоятельными разворотами каждого самолета на 180 градусов. Интервалы между самолетами и парами в 50—150 м позволяли производить такой маневр.

Развороты производились всегда на солнце, чтобы не подставлять заднюю полусферу под удар со стороны солнца. Например, если шли с курсом на север, то разворот на 180° производился вправо по команде: «разворот на 180° вправо», после чего шли на юг, и, наоборот, «разворот на 180° влево», после чего шли на север. Развернутый фронт направлен был в сторону противника с той целью, чтобы раньше заметить немецкие самолеты и чтобы мне хорошо было видно всю их группу.

Сразу же после разворота вся группа, выдерживая заданное расстояние между самолетами, снижалась за мной и за счет снижения видела весь заданный район. Как только проходили район прикрытия, группа, ориентируясь по ведущему, за счет большой скорости (при одном и том же режиме мотора) набирала свою прежнюю высоту – 5000 м.

Верхняя пара ниже 4000–4500 м не снижалась. В таком порядке над целью мы находились 45 минут (заданное время было 50 минут).

Я уже запросил станцию наведения о разрешении мне идти домой, когда справа снизу и спереди мы заметили большую группу самолетов противника, которая шла в наш район. Мы в это время находились в северном конце района прикрытия. Сразу же я опознал около 50 самолетов Ю-87. Они были еще в 15 км от линии фронта.

Я сообщил по радио своей группе: «Впереди справа снизу большая группа самолетов противника. Моей четверке встать в «пеленг» и плотнее сомкнуться. Клубову прикрыть меня сверху». Одновременно станция наведения сообщила о появлении бомбардировщиков противника. После этого я с большим снижением пошел на сближение с немцами. Первую атаку решил произвести в лоб.

Завязался ожесточенный воздушный бой. 8 шестерок Ю-87 шли плотным строем в колонне. Прикрывали их 8 истребителей, которых я на сближении и в момент атаки не заметил. 4 Ме-109 были в группе непосредственного прикрытия и 4 Ме-109 – в ударной группе, при этом немного отставшие.

Расчет первой атаки в лоб строился на двух основных преимуществах: во-первых – внезапность. Атака производилась со стороны ослепительно светящего солнца и далеко на их территории, чего немцы не могли ожидать.

Во-вторых – большая скорость порядка 600–640 км/час, приобретенная за счет снижения с 5000 м до 2000 м. На таких больших встречных скоростях истребители непосредственного прикрытия не могли помешать нашей атаке при любых условиях.

Первая атака проходила так: моя четверка встала в плотный «пеленг», т. е. интервал между парами до 20 м и дистанция до 50 без превышения, а в паре интервал между самолетами 1015 м и дистанция до 20 м с превышением 23 м. При снижении мною неточно были учтены встречные скорости со своим углом снижения, поэтому рассчитанный прицельный удар по головной ведущей паре я нанести не мог. Удалось лишь только пропустить через нашу трассу противника (огонь открывал примерно на 400–600 м). Тогда я весь прицельный огонь перенес на ведущего второй шестерки, который сразу же загорелся. Я, не прекращая огня, прошел через весь строй бомбардировщиков.

Почти одновременно загорелся еще один Ю-87 в третьей или четвертой шестерке, зажженный моим ведомым Голубевым, который, также не прекращая огня, прошел через весь строй. В результате, как я и ожидал, весь строй Ю-87 был разбит. Шестерки, в которых было сбито по самолету, сбросив свои бомбы, начали уходить переворотами, чем и расстроили весь строй. Это был уже не строй, а вытянутая в длину «стая грачей», еще продолжавшая двигаться за своим «вожаком».

В паре с Голубевым, выйдя после атаки левым боевым разворотом, за счет большой скорости мы очутились выше строя бомбардировщиков на 600 м и моментально нагнали их ведущую пару. В момент первой атаки вторая пара моего звена (ведущий ст. лейтенант Жердев) атаковала первую шестерку с последующим пропуском – через свой огонь всего строя Ю-87.

В тот момент, когда я выходил из атаки, Жердев заметил, что мою пару пыталась атаковать пара Ме-109, которая шла сзади слева с небольшим превышением. Ст. лейтенант Жердев перенес свой огонь на Ме-109, атакуя его в лоб, и этим самым отбил его атаку от моей пары.

После лобовой атаки Жердев вышел левым боевым разворотом и за счет скорости очутился сзади сверху Ме-109 в очень удобном положении для атаки. Тогда Ме-109 стали разворачиваться на него с набором высоты.

Жердев произвел атаку по Ме-109 на развороте. Оба Ме-109 полупереворотом ушли из-под атаки. Затем Жердев вторично развернулся левым боевым разворотом и опять был выше Ме-109. Когда Ме-109 снова стали разворачиваться на него, он на развороте с дистанции 100 м сбил ведущего. Ведомый сделал переворот и на бреющем полете вышел из боя совсем.

Произведя вторую атаку по ведущему всей колонны Ю-87, за которым все еще двигался разрозненный строй самолетов, пытавшихся образовать «пеленг» для пикирования, я заметил, что пара Ме-109, шедшая впереди строя, стремилась атаковать мою пару слева сбоку, имея незначительное превышение надо мной. Но было поздно. Я успел произвести атаку, и ведущий головной пары взорвался в воздухе на своих бомбах так, что даже мой самолет подбросило.

Длинную атаку я произвел немного сзади сверху под ракурсом 2/4 с дистанции 150 м, находясь все время вне зоны обстрела стрелка. Мой ведомый Голубев резким левым разворотом отбил атаку пары Ме-109. Сбив второго Ю-87, я развернулся и пристроился к Голубеву. Пара Ме-109, атакованная Голубевым, переворотами вышла из боя.

Как только взорвался ведущий всей колонны Ю-87, остальные, не дойдя до линии фронта примерно с километр или чуть меньше, стали беспорядочно пикировать в свою сторону, поспешно сбрасывать бомбы на свои же войска, а затем также в беспорядке уходить на бреющем полете на свою территорию.

Я атаковал в момент ввода в пикирование еще один Ю-87 и с дистанции 50 м дал очередь. Этот третий самолет Ю-87 моментально загорелся и упал в 3 км западнее Нейнассау. Вторая пара моего звена, сбив Ме-109, атаковала выходившего из пикирования на бреющем полете Ю-87 и сбила его.

Группа прикрытия (ведущий Клубов) во время всего боя оставалась сверху. Не видя истребителей прикрытия, она начала снижаться ко мне на помощь, но в это время подошла выше наших самолетов отставшая четверка Ме-109. Завязался тяжелый бой, так как начался при невыгодных условиях для звена Клубова.

Несмотря на это, Клубов не допустил сверху ни одного истребителя, чем обеспечил мне свободу действий. Так как горючее у нас было на исходе, преследовать бомбардировщиков было невозможно. Мы вынуждены были прекратить преследование и возвращаться на свой аэродром. Клубову с трудом удалось оторваться от 4 Ме-109, я же не мог к нему подняться (не было горючего) и приказал ему выходить из боя пикированием под прикрытием зенитного огня батареи, расположенной в районе Большого Токмака. После чего, собравшись вместе в районе огня ЗА (Большой Токмак), пошли домой.

По пути молодой летчик Думанин из-за недостатка горючего благополучно произвел вынужденную посадку на колеса в поле.

Краткие выводы

1. В результате воздушного боя нами было сбито 5 Ю-87 и один Ме-109. Бомбардировщики не были допущены к нашим наземным войскам, они сбросили бомбы на свою территорию. Своих потерь не было. Наши самолеты не имели даже пробоин, если не считать застрявшего осколка от взорвавшегося Ю-87 в правой плоскости моего самолета. Трудно предсказать результат боя, если бы наличие горючего в баках позволило нам преследовать противника.

2. Правильное построение боевого порядка при патрулировании, с учетом метеорологических условий, позволило своевременно обнаружить противника, построить группу в сомкнутый «пеленг» для производства лобовой атаки. Плотный строй боевого «пеленга» дает максимально концентрированный огонь всей группы на одну цель.

3. Стремительная лобовая атака хорошо отвечала замыслу решения: «разбить строй бомбардировщиков, нанести максимальный урон им до того, как вступят в бой истребители прикрытия, заставить бомбардировщиков сбросить бомбы на своей территории».

4. Не сумев достигнуть прицельного огня по ведущему всей группы Ю-87 и сбить его в лобовой атаке, мы не отказались от принятого мною решения, но лишь с еще большей настойчивостью и последовательностью стали проводить последующие атаки, пока не достигли намеченной цели.

5. Описанный выше воздушный бой может служить примером подлинно группового боя, когда усилия всей группы подчинены единой воле командира и направлены на выполнение его решения при безупречном взаимодействии пар в звеньях и звеньев между собой. Например, Жердев принял единственно верное решение – прекратить атаку по Ю-87, чтобы отбить атаку Ме-109, которые пытались атаковать мою пару. Капитан Клубов, несмотря на тяжелые условия боя с Ме-109, сумел сковать их действия, обеспечив успешность моих действий.

6. Точные, стремительные, дерзкие, инициативные и согласованные действия пар и звеньев – следствие организованности и дисциплины всех летчиков, участников боя. Это достигалось хорошей наземной подготовкой к боевому вылету. Каждый знал четко свое место и задачу в бою.

7. Пара или звено истребителей, хорошо прикрытые от истребителей противника, могут успешно вести бой с большой группой бомбардировщиков типа Ю-87. Этот вывод подтвердился в воздушном бою над Перекопом 1 ноября 1943 г., когда мое звено встретилось с 30 Ю-87, шедшими под прикрытием 2 Ме-109. Хорошо прикрытые парой Жердева, мы с Голубевым сбили 4 Ю-87. «Юнкерсы» сбросили свои бомбы поспешно и не прицельно. Мы не допустили их штурмовать наши войска.

Из книги «Сто сталинских соколов в боях за Родину». Краснознаменная Военно-воздушная академия Вооруженных Сил СССР, 1947.

В годы Великой отечественной войны в организациях ОСОАВИАХИМА более 9 миллионов человек получили военные специальности. Из них 93 тысячи человек стали пилотами первоначального обучения, пилотами планеров, бойцами-парашютистами.

Среди выпускников ДОСААФ Свердловской области Герой Советского Союза полковник Александр Алексеевич Липилин и Заслуженный военный лётчик СССР, генерал-полковник авиации, дважды Герой Советского Союза, один из первых начальников Центра подготовки космонавтов, советский писатель Михаил Петрович Одинцов.

Липилин Александр Алексеевич

Липилин Александр Алексеевич родился 18 января 1913 года в посёлке Рассказово Тамбовской губернии. После окончания семи классов школы и школы фабрично-заводского ученичества проживал и работал в Свердловске.

В 1934-1938 годах проходил службу в Рабоче-крестьянской Красной Армии, в 1937 году окончил Оренбургскую военную авиационную школу лётчиков и лётнабов. В 1940 году повторно призван в армию. С июня 1941 года — на фронтах Великой Отечественной войны.

К октябрю 1941 года старший лейтенант Александр Липилин командовал звеном 41-го истребительного авиаполка 7-й смешанной авиадивизии Северо-Западного фронта. К тому времени он совершил 112 боевых вылетов, сбив по данным наградных документов 9 вражеских самолётов лично, а по данным последних исследований М. Ю. Быкова — 8 лично и 4 в группе, также во время штурмовок уничтожил более 30 автомашин и 4 переправы. Указом Президиума Верховного Совета СССР «О присвоении звания Героя Советского Союза начальствующему составу Военно-воздушных сил Красной Армии» от 24 февраля 1942 года за «образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство» удостоен высокого звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» за номером 677.

В январе 1942 года был отозван с фронта и далее до конца войны служил в перегоночной авиации. К тому времени совершил 257 боевых вылетов, провёл около 50 воздушных боёв, в которых сбил лично 8 и в составе группы ещё 7 самолётов. После окончания войны продолжил службу в ВВС.

С 1949 года — командир авиаполка, с декабря 1951 года — заместитель командира авиадивизии, с декабря 1952 года — командир авиадивизии.

В 1954 году окончил курсы усовершенствования офицерского состава, в 1957 году — Высшие академические курсы при Военной академии Генерального штаба. В 1961 году в звании полковника Липилин был уволен в запас.

Проживал в Москве. До 1984 года работал инженером в ОКБ Сухого. Умер 27 февраля 2003 года, похоронен на Широкореченском кладбище Екатеринбурга. Награждён двумя орденами Ленина, двумя орденами Красного Знамени, двумя орденами Отечественной войны 1-й степени, двумя орденами Красной Звезды, рядом медалей. В июле 2019 года истребитель МиГ-3 Александра Липилина был найден поисковым отрядом «Демянск».

Одинцов Михаил Петрович

Одинцов Михаил Петрович Родился 18 ноября 1921 года в селе Полозово Сарапульского уезда Вятской губернии (ныне Большесосновского района Пермского края) в крестьянской семье Пикулевых. Его отец Пётр Фёдорович служил в следственных органах ОГПУ и НКВД, мать работала лаборантом. Из Полозова семья сбежала в 1926 году спасаясь от раскулачивания.

С 1926 по 1937 проживал с отцом в селе Черновском (Пермская губерния), городах Барнаул, Ижевск, Воткинск. В 1929 году пошёл в первый класс школы в Барнауле. Увлекался музыкой, руководил школьным оркестром в Воткинске.

В 1935 году переехал к матери в Свердловск. В 1937 году окончил семь классов школы № 36 города Свердловска и поступил в Свердловский строительный техникум, который вынужден был оставить после первого курса из-за отсутствия средств (15-летнему, живущему с матерью, стипендия не полагалась).

В 16 лет поступил на Свердловский завод «Уралобувь», где освоил 6 типов станков, в 16 лет стал знатным рабочим. Одновременно занимался в городском аэроклубе, который окончил в 1938 году с отличием. Учитывая исключительные лётные навыки и неоднократные личные просьбы, в неполные 17 лет был призван на военную службу в 1938 году и дал воинскую присягу, был принят в Пермскую военную школу пилотов.

Окончив курс через год, отказался от места инструктора, ускоренно был выпущен и направлен в Энгельсскую военную школу лётчиков. В мае 1940 года окончил училище в звании младшего лейтенанта. Был назначен в 62-й авиационный разведывательный полк, оснащённый самолётами СБ.

С октября 1940 года — лётчик, командир лётного экипажа в 226-м ближнем бомбардировочном полку, оснащенном самолётами Су-2. На фронтах Великой Отечественной войны с июня 1941 года.

Первый боевой вылет произвёл 23 июня 1941 года. В одном из боёв Су-2 Михаила Одинцова получил повреждения. Михаил Одинцов и штурман Червинский были ранены, при вынужденной посадке оба получили тяжёлые травмы.

После семи месяцев в госпитале, получив заключение военно-медицинской комиссии о негодности к лётной и временной негодности к строевой службе вообще, самовольно явился в свой полк, и более года летал, бинтуя руку. Освоил самолёт Ил-2, на котором воевал до Победы. Был одним из первых лётчиков, установивший в перегрузку дополнительную бронезащиту для воздушного стрелка.

Воздушный стрелок сержант Дмитрий Никонов был в экипаже Михаила Одинцова более 3 лет, не был ранен, награждён орденом Красной Звезды, орденом Славы III степени и многими медалями, что было редкостью для воздушных стрелков Ил-2; в воздушных боях Дмитрий Никонов сбил 7 истребителей и 1 бомбардировщик, что является лучшим показателем среди воздушных стрелков штурмовой авиации. Воевал на Юго-Западном, Брянском, Степном, Сталинградском, Воронежском, Калининском и 2-м Украинском фронтах. Член ВКП(б)/КПСС с 1943 года.

Будучи командиром эскадрильи 820-го штурмового авиационного полка в звании старшего лейтенанта к сентябрю 1943 года совершил 96 успешных боевых вылетов, нанеся противнику значительный урон в живой силе и технике.

Его действия всегда отличали храбрость, высокое пилотажное и тактическое мастерство. Так, в одном из вылетов в 1942 году прикрыл своим самолётом от атаки истребителя самолёт командира полка, и в последовавшем воздушном бою сбил два истребителя Messerschmitt Bf.109.

В представлениях на награждения Одинцова М. П. неоднократно указывалось, что он «является мастером вождения больших групп самолётов». За время войны сбил в воздушных боях 14 самолётов противника, что является наивысшим достижением среди лётчиков-штурмовиков.

К концу войны совершил 215 боевых вылетов, завершил войну в звании гвардии майора. Командир 155-го гвардейского штурмового авиаполка Герой Советского Союза гвардии подполковник Григорий Чернецов в рапорте от 08.06.1945 года дал следующую характеристику боевого пути Одинцова: «За период участия в Отечественной войне тов.

Одинцов совершил 215 боевых вылетов, из них на самолёте Су-2-13, на Ил-2-202. Участвуя в боях с врагом на Юго-Западном фронте с 22.06.41 г. по 31.07.41 г., тов. Одинцов на самолёте Су-2 произвёл 8 боевых вылетов.

Принял неравный бой с истребителями противника, был тяжело ранен, но, несмотря на большую потерю крови, изнемогая от боли, мужественно довел свой самолёт до аэродрома и благополучно произвёл посадку. Вернувшись в строй воздушных бойцов, тов.

Одинцов снова, участвуя в боях с врагом на Юго-Западном фронте с 15.05.42 г. по 16.07.42 г., совершил 8 успешных боевых вылетов на штурмовку войск и техники противника. 30.05.42 г., участвуя в налёте на Курский аэродром, лично уничтожил на земле 2 самолёта типа Ю-88, подавил огонь 7 точек ЗА и на железнодорожной станции уничтожил 1 паровоз и 6 вагонов. 6.07.42 г. при выполнении боевого задания, защищая своего ведущего командира, вступил в бой с четырьмя Me-109.

Как верный сын Родины, проявил мужество и героизм в этом бою, лично сбил два Me-109. На Калининском фронте в составе 800 ШАП с 16.10.42 г. по 18.03.43 г. тов.

Одинцов совершил 44 успешных боевых вылета на самолёте Ил-2. Штурмовыми действиями на Белыйском, Великолукском и Демянском направлениях лично уничтожил: танков — 6, автомашин с войсками и грузами — 20, подавил огонь 13 батарей ЗА, взорвал склад боеприпасов и истребил 250 гитлеровских солдат и офицеров. За отличное выполнение боевого задания 3.11.42 г. по разгрому немецких танков, окружавших наши войска в районе г. Белый, в результате чего была создана возможность выхода наших войск из окружения, тов. Одинцов получил благодарность от командующего Калининским фронтом. С 27.03.43 г. по 27.07.43 г., работая командиром эскадрильи, в составе 800 ШАП на Белгородском направлении Воронежского фронта тов.

Одинцов произвел 16 успешных боевых вылетов на уничтожение матчасти, самолётов на аэродромах и штурмовку живой силы и техники наступающего противника. Произведёнными боевыми вылетами лично уничтожил 4 самолёта на аэродромах, 6 танков, 11 автомашин с грузами и истребил 100 солдат и офицеров противника. За этот же период эскадрилья под командованием тов. Одинцова произвела 165 боевых самолёто-вылетов, каковыми уничтожено: на аэродромах противника — 13 самолётов, сбито в воздухе — 3 самолёта, уничтожено танков — 15, автомашин с войсками и грузами — 150, взорвано 3 склада с боеприпасами, 2 склада с горючим, подавлен огонь 6 зенитных батарей, уничтожено и повреждено 18 орудий полевой артиллерии и истреблено 750 солдат и офицеров противника…» За произведённый 31 успешный боевой вылет при форсировании р. Днепр и взятии (освобождении) городов Кировоград, Знаменка, Александрия, за лично уничтоженные 4 танка, 15 автомашин и много другой техники противника награждён третьим орденом Красного Знамени. Орденом Александра Невского награждён за мужество и отвагу, проявленные при вождении групп штурмовиков 6-8 Ил-2 в направлении Яссы и на Львовском направлении. 23 раза водимые им группы отлично выполняли боевые задания, за что весь состав групп неоднократно получал благодарности от командира корпуса, дивизии и командования наземных войск.

Проявил себя мастером вождения групп штурмовиков, смело выполняющих боевые задания командования. За отличное применение радиосвязи в 171 боевом вылете, за получение звания мастера воздушной радиосвязи награждён орденом Отечественной войны II степени.

Одинцов, участвуя в операциях по уничтожению группировки в районе Корсунь-Шевченковский, в боях под городами Яссы и Кишинёв, при взятии города Львова, форсировании рек Сан и Вислы, совершил 57 боевых вылетов. 34 раза водил группы штурмовиков, участвуя в боях за город Львов и расширение плацдарма на левом берегу реки Вислы. 31 боевой вылет совершил на штурмовку вражеских войск и техники в период Кросненской операции в боях на Сандомирском направлении, на подступах к городу Бреслау и с 12.01.45 г. в наступательной операции войск 1-го Украинского фронта. 30.05.44 г. группой 9 Ил-2 наносил бомбардировочно-штурмовой удар по танкам и автомашинам противника в районе Чужа Вода, Развул.

Выполнению боевого задания препятствовали 6 истребителей противника типа ФВ-190. Несмотря на атаки вражеских истребителей, группа штурмовыми действиями уничтожила 3 танка, 2 бронетранспортёра, создала один очаг пожара, в воздушном бою сбит один ФВ-190. 15.07.44 г. группа 9 Ил-2, ведомая гвардии майором Одинцовым, имела задачу штурмовать и бомбардировать танки, автомашины и живую силу противника в районе населённых пунктов Золочев, Плугув (Львовское направление). Район цели прикрывался сильным огнём зенитных батарей врага.

Несмотря на это, добиваясь эффективности выполнения поставленной задачи, тов. Одинцов смело ринулся в атаку. В результате штурмовых действий уничтожено 5 автомашин и создан крупный очаг пожара в местах сосредоточения фашистской техники, сопровождавшийся взрывами. 21.07.44 г. гвардии майор Одинцов вёл 18 Ил-2 на штурмовку танков и живой силы противника в район Подлесье, Белый Камень (Львовское направление).

Сполоченность группы, несмотря на плохие метеоусловия, способствовала отличному выполнению задания.

Снижаясь до бреющего полёта, группа пулемётно-пушечным огнём уничтожила 15 автомашин с разными грузами и в лесу, восточнее пункта Подлесье, создала крупный очаг пожара. 11.08.44 г. Одинцов ведущим 4 Ил-2 шёл штурмовать и бомбардировать танки и живую силу противника в районе Дроговля, Ксензя-Нива. Враг, стягивая свою живую силу и технику, пытался контратаковать наши части. Тов. Одинцов с честью героя выполнил эту боевую задачу. В результате штурмовых действий 3 танка оказались сожжёнными, разрушено 10 домов и на окраине пункта Дроговля создан сильный взрыв.

За отличные боевые действия майор Одинцов и лётчики его группы от заместителя командующего 1-м Украинским фронтом получили благодарность. С 1.07.44 г. по 27.11.44 г. гвардии майор Одинцов, работая штурманом полка, отлично водил группы штурмовать на самые сложные и ответственные боевые задания. Тов. Одинцов является участником освобождения городов Ёльс, Лигниц Домбровского угольного бассейна и города Бунцлау, участник знаменательных боёв за города Форст, Котбус, Берлин, Потсдам и Дрезден.

Преследуя отходящие в Карпаты войска противника, Одинцов, получив задачу нанести бомбардировочно-штурмовой удар по технике и живой силе противника в опорном пункте Качковце, вылетел в указанный район в качестве ведущего группы штурмовиков в атаку, несмотря на сильный огонь зенитных батарей врага.

В результате эффективных штурмовых действий, подтверждённых фотографированием, группой в этом вылете уничтожено 1 танк, 2 автомашины, подавлен огонь 3 орудий полевой артиллерии и взорван склад боеприпасов.

Особенно отличился в проведённой операции войск 1-го Украинского фронта, где, несмотря на плохие метеоусловия, сильное противодействие зенитной артиллерии, тов. Одинцов взламывал оборону противника. 24.01.45 г. ведущим группы 9 Ил-2 Одинцов нанёс бомбардировочно-штурмовой удар в районе станции Бубрек, где прямым попаданием уничтожено 3 железнодорожных вагона, и в городе Беутен повреждён завод.

На подступах к Берлину враг, пытаясь удержаться и отсрочить час своей гибели, оказывал упорное сопротивление продвижению наших войск.

Получив задачу, Одинцов 26.04.45 г. повёл группу 18 Ил-2 на штурмовку скоплений техники и живой силы противника в районе населённого пункта Хольбе. Штурмовыми действиями группа в этом вылете сожгла 12 автомашин с грузом и истребила 30 солдат и офицеров.

За умелое вождение групп штурмовиков, за эффективность выполнения боевых заданий, за лично произведённые боевые вылеты имеет ряд благодарностей от наркома обороны Маршала Советского Союза товарища Сталина, от командования наземных войск и авиасоединений…» Многие боевые эпизоды из своей военной жизни и его однополчан, среди которых 6 Героев Советского Союза, описал в своей книге «Преодоление», изданной в 1987 году, где повествование ведётся от имени лётчика Ивана Сохатого, в котором угадываются все черты самого Одинцова.

За время войны занимал должности лётчика, командира эскадрильи 820-го штурмового авиационного полка 292-й штурмовой авиационной дивизии 1-го штурмового авиационного корпуса 5-й воздушной армии Степного фронта; заместителя командира 155-го гвардейского штурмового авиационного полка 9-й гвардейской штурмовой авиационной дивизии 1-го гвардейского штурмового авиационного корпуса 2-й воздушной армии 1-го Украинского фронта.

На юбилейном параде Победы 9 мая 1995 года нёс Знамя Победы.

После войны продолжал службу в ВВС СССР. В 1948 году поступил в Военно-воздушную академию, перед этим экстерном освоив программу сверх программы 7-летней школы.

В конце 1948 году в связи с обострением нефрита был госпитализирован на 4 месяца, признан инвалидом и по заключению военно-медицинской комиссии признан негодным к лётной службе, списан с лётной работы.

В связи с этим добился разрешения на перевод на военно-воздушный факультет Военно-политической академии имени В. И. Ленина, которую окончил в 1952 году с отличием. За время учёбы продолжал физические и технические тренировки и в 1950 году вновь признан годным к полётам без ограничений.

В послевоенное время освоил самолёты Пе-2, Ту-2, Ту-4, Ил-28, последний с личным налётом 620 часов, Су-7,Миг-15, Миг-17, Су-17, МиГ-21, МиГ-23, Ту-16, Ту-22, Су-24, вертолёты Ми-2, Ми-4, Ми-8, Ми-24 и другую авиатехнику.

В одном из тренировочных полётов в 1974 году серийный истребитель-бомбардировщик генерал-лейтенанта М. П. Одинцова попал в плоский штопор, из которого самолёт вывести не удалось, на высоте 600 метров Одинцов М. П. катапультировался; по записи докладов о мерах по выводу самолёта из штопора и при личном участии М. П. Одинцова в конструкцию самолёта были внесены изменения. В 1959 году окончил Академию Генерального штаба ВС СССР с отличием. Командовал авиационным полком, дивизией и ВВС Московского военного округа, был одним из первых начальников Центра подготовки космонавтов (в 1963 году), советником ВВС Войска Польского.

В 1976-1981 годах — генеральный инспектор ВВС Главной инспекции Министерства обороны СССР, в 1981-1987 годах — помощник представителя главнокомандующего Объединённых вооружённых сил государств-участников Варшавского Договора в Войске Польском. Написал несколько книг: «Тогда, в 1942-м…» (1977), «Испытание огнём» (1979), «Записки лётчика» и «Преодоление» (1982), большое количество статей в «Авиации и космонавтике», «Крылья Родины», «Военных знаниях», газете «Красная Звезда». С 1987 года М. П. Одинцов находился в отставке. Жил в Москве, где умер 12 декабря 2011 года. Похоронен на Троекуровском кладбище.

«Аэрокобра»

Аэрокобра является первой серийной машиной фирмы «Белл Эркрафт Корпорейшен» в Буффало (Нью-Йорк, США). Создателями самолета Р-39 являются главный конструктор фирмы Роберт Вудс и его помощник Гарланд Пойер.

Первый полет состоялся 6 апреля 1939 года (пилот Джеймс Тейлор). Без оружия и брони самолет достиг скорости 628 км/ч с полетным весом в 2,5 тонны.

Одноместный, одномоторный, цельнометаллический свободнонесущий моноплан с низкорасположенным крылом и трехстоечным шасси.

Этот американский истребитель отличался очень необычным конструктивным решением: его двигатель был расположен сзади кабины пилота. Такое инженерное решение давало «Аэрокобре» целый ряд преимуществ: лучшая маневренность, аэродинамика, лучший обзор, возможность размещения более тяжелого вооружения.

Система охлаждения двигателя – жидкостная. Всасывающий патрубок карбюратора располагался за фонарем кабины сверху, воздуховоды радиатора в корне крыла. Всего в СССР по ленд-лизу было поставлено 4952 истребителя Р-39 «Аэрокобра», что составляет приблизительно половину от общего количества выпущенных машин. С декабря 1941 года Великобритания направила в СССР 212 Р-39: в 1941 году была получена одна машина, в 1942 году – 192 машины.

Поставка ранних моделей была завершена в январе 1943 года.

Первая военная часть, которую переучили на управление «Аэрокоброй» стал 153 истребительный авиаполк. За три месяца боев полк уничтожил 18 бомбардировщиков, 45 истребителей, 8 машин и был удостоен звания гвардейского, стал 28 Гвардейским истребительным авиаполком.

В период Великой Отечественной войны «Аэрокобра» впервые вступила в бой 16 мая 1942 года в составе 19 Гвардейского истребительного авиаполка (16 машин) в Заполярье. На Р-39 воевали такие известные советские асы, как Ахмет-Султан, Г. Речкалов, Н. Гулаев, В. Фадеев, П. Кутахов.

В настоящее время на космической орбите трудится выпускник ДОСААФ Сверлдовской области Сергей Валерьевич Прокопьев.

Прокопьев Сергей Валерьевич

Российский космонавт-испытатель отряда космонавтов «Роскосмоса», 122-й космонавт СССР/России. До поступления в отряд космонавтов служил военным лётчиком, подполковник запаса. Герой Российской Федерации. Совершил космический полёт на транспортном пилотируемом корабле «Союз МС-09» в июне-декабре 2018 года к Международной космической станции. Участник основных космических экспедиций МКС-56/57. Продолжительность полёта составила 196 суток 17 часов 49 минут 20 секунд. 21 сентября 2022 года в качестве командира экипажа ТПК «Союз МС-22» стартовал к МКС. Участник космических экспедиций МКС-67/МКС-68/МКС-69. В настоящее время находится в космическом полёте.

Родился 19 февраля 1975 года в городе Свердловск (ныне — Екатеринбург). В 1992 году окончил среднюю школу № 64 в Екатеринбурге. В Вооружённых силах Российской Федерации — с 1997 года, когда поступил в Тамбовское высшее военное авиационное училище лётчиков имени М. М. Расковой.

Из-за расформирования училища был переведён в Балашовское высшее военное авиационное училище лётчиков имени Главного маршала авиации А. А. Новикова, которое окончил в 1997 году по специальности «командная тактическая авиация, управление воздушным движением» и получил квалификацию «инженер-пилот».

В дальнейшем проходил воинскую службу в должности помощника командира корабля в различных частях Военно-воздушных сил Российской Федерации в городах Орск (Оренбургская область), Рязань, а также на авиабазе Воздвиженка (Приморский край) (1997—2007).

В 2002—2005 годах прошёл заочное обучение в Мичуринском государственном аграрном университете (Тамбовская область) по специальности «бухгалтерский учёт, анализ и аудит», по окончании вуза получил квалификацию «экономист».

 С 2007 года — командир корабля Ту-22М3, командир авиационного отряда 52-го тяжёлого бомбардировочного авиационного полка на авиабазе Дальней авиации Шайковка (Калужская область).

Участник боевых действий во время вооружённого конфликта в Южной Осетии в августе 2008 года.

В 2009—2010 годах служил командиром корабля, с 2010 года — командиром авиационного отряда стратегических бомбардировщиков Ту-160 121-го тяжёлого бомбардировочного авиационного полка на авиабазе Дальней авиации Энгельс (Саратовская область).

Участник военного парада в Москве 9 мая 2010 года, пролетел на Ту-160 над Красной площадью. Имеет налёт на самолётах Як-52, Л-39, Ту-134УБЛ, Ту-22М3, Ту-160 более 900 часов. Выполнил 140 прыжков с парашютом.

Приказом министра обороны Российской Федерации в августе 2012 года уволен из Вооружённых сил в запас в звании гвардии майора.

 В 2010 году в рамках очередного набора в российский отряд космонавтов прошёл ряд медицинских обследований, в результате чего 12 октября 2010 года был рекомендован Межведомственной комиссией к зачислению на должность кандидата в космонавтыиспытатели федерального государственного бюджетного учреждения «Научноисследовательский испытательный центр подготовки космонавтов имени Ю. А. Гагарина» (ФГБУ «НИИ ЦПК имени Ю. А. Гагарина»).

 1 февраля 2011 года приказом начальника ЦПК назначен на должность кандидата в космонавты-испытатели отряда ФГБУ НИИ ЦПК (15-й набор). После окончания общекосмической подготовки был допущен к Государственному экзамену, который успешно сдал 31 июля 2012 года. 3 августа 2012 года на заседании Межведомственной квалификационной комиссии (МВКК) по оценке подготовки кандидатов в космонавты-испытатели набора 2010 года получил квалификацию «космонавтиспытатель».

Весной 2015 года назначен вторым бортинженером дублирующего экипажа космического корабля (КК) «Союз-ТМА-18М» (10-дневная экспедиция посещения Международной космической станции с участием первого казахстанского космонавта А. Аимбетова, состоявшаяся 2—12 сентября 2015 года).

В течение 2017 года проходил подготовку в качестве командира дублирующего экипажа КК «Союз-МС-07» (54—55-я основная экспедиция на МКС), в состав которого входили немецкий и американский астронавты.

В 2018 году назначен командиром основного экипажа КК «Союз-МС-09» (56—57-я основная экспедиция на МКС).

 В состав экипажа, помимо С. Прокопьева, вошли астронавт Европейского космического агентства Александр Герст (Германия) и астронавт НАСА Серина Ауньон-Чанселлор (США).

Свой первый орбитальный космический полёт совершил в качестве командира КК «СоюзМС-09» — бортинженера МКС-56/57 с 6 июня по 20 декабря 2018 года. Старт корабля состоялся в 14:12 (МСК) с космодрома Байконур. Позывной экипажа — «Алтай».

 В ходе шестимесячного полёта Сергей Прокопьев участвовал в выполнении насыщенной международной научной программы совместно с экипажем МКС-55/56 Олегом Артемьевым, Эндрю Фойстелом, Ричардом Арнольдом, а на завершающем этапе — и с экипажем МКС-57/58 Олегом Кононенко, Давидом Сен-Жаком и Энн Макклейн. 15—16 августа 2018 года совершил свой первый выход в открытое космическое пространство совместно с Олегом Артемьевым общей продолжительностью 7 часов 46 минут.

30 августа 2018 года возникла нештатная ситуация: на станции было зафиксировано падение давления воздуха. При обследовании отсеков МКС С. Прокопьев и О. Артемьев обнаружили на стенке бытового отсека корабля «Союз МС-09» за находящимся в нём ассенизационно-санитарным устройством просверлённое отверстие размером около 2 миллиметров со следами сверления на окружающей отверстие поверхности.

 Сергей Прокопьев загерметизировал повреждение с помощью медицинского бинта и эпоксидной смолы, после чего давление воздуха на станции было восстановлено до заданных параметров. 11 декабря 2018 года Сергей Прокопьев, на этот раз совместно с Олегом Кононенко, совершил второй выход в открытый космос для обследования внешней обшивки корабля «Союз МС-09».

Продолжительность выхода составила 7 часов 45 минут. Космонавты вскрыли экранно-вакуумную теплоизоляцию и микрометеоритную защитную панель. На внешней поверхности бытового отсека корабля космонавты обнаружили небольшое отверстие, которое не представляло никакой опасности для экипажа МКС и не угрожало безопасности экипажа корабля при его возвращении на Землю.

 Во время спуска с орбиты 20 декабря 2018 года возникли проблемы с системой связи между КК «Союз МС-09» и Центром управления полётом.

Командир корабля Сергей Прокопьев задействовал для переговоров с Землёй дублирующую систему связи своего скафандра. Спускаемый аппарат с Сергеем Прокопьевым, Александром Герстом и Сериной Ауньон-Чанселлор совершил посадку в 8:02 (МСК) в 147 километрах юговосточнее казахстанского города Жезказган. Продолжительность полёта составила 196 суток 17 часов 49 минут 20 секунд.

 Указом Президента Российской Федерации от 11 ноября 2019 года за мужество и героизм, проявленные при осуществлении длительного космического полёта на Международной космической станции, Прокопьеву Сергею Валерьевичу присвоено звание Героя Российской Федерации с вручением знака особого отличия — медали «Золотая Звезда».

Продолжает работать космонавтомиспытателем НИИ ЦПК имени Ю. А. Гагарина.

21 сентября 2022 года отправился в свой второй орбитальный космический полёт в качестве командира КК «Союз МС-22» и 68-й долговременной экспедиции на МКС.

Подполковник запаса. Имеет 1-й разряд по подводному плаванию, офицерскому троеборью и футболу.

 Награждён орденом «За военные заслуги», медалями. Лётчик-космонавт Российской Федерации (11.11.2019). Военный лётчик 2-го класса.

(Источник: Герои Российской Федерации)

Парапланерное агентство «Антарес» г. Екатеринбург

Парапланерное агентство «Антарес» организовано в 2004 году.

Руководитель агентства — Ветчанин Вадим Леонидович в 1990 году прошел обучение в составе первой группы инструкторов парапланерного спорта СССР. До 1990г — спортсмен-парашютист, более 1000 прыжков.

С 1993 — мастер парапланерного спорта. В настоящий момент — инструктор парапланерист в РФ и на Украине в классах параплан, мотопараплан, паралет. Психолог. Заведующий кафедрой Института Йоги Гуру Ар Сантэма.

Пилот-инструктор гражданской авиации в классах параплан, мотопараплан, паралёт. Тренер-преподаватель физической культуры и спорта. Парапланерный клуб «В небе.ру» основан в 2006 году, входит в парапланерное агентство «Антарес».

Руководитель клуба — Притчин Данил Егорович. Летает на параплане, мотопараплане и паралёте с 2003 года. Профессионально занимается обучением пилотов-парапланеристов с 2006 года. Пилот-инструктор гражданской авиации в классах параплан, мотопараплан, паралёт. Тренер-преподаватель физической культуры и спорта.

С 2008 года парапланерное агентство «Антарес» и парапланерный клуб «В небе.ру» входят в состав РОСТО ДОСААФ Свердловской области в качестве первичной организации. С 2008 года обучение проводится по сертифицированной в Министерстве образования «Программе подготовки парапланеристов». Программа одобрена к применению в РОСТО ДОСААФ.

В 2009 утверждена в РОСТО Единая система подготовки парапланеристов «ЕСПП-2009». В 2011 году начато сотрудничество с учебно-тренировочным центром гражданской авиации «Кольцово» на подготовку пилотов СВС по классам параплан, мотопараплан, паралет. УТЦ «Кольцово» прошел процедуру лицензирования программы обучения в министерстве транспорта РФ, оборудован учебный класс для подготовки пилотов СВС параплана, мотопараплана, паралета.

В музейной коллекции книга о Вадиме Ветчанине в честь покорения им Эльбруса (25-летия спуска уральского пилота на параплане с горы Эльбрус) с автографом пилота.

Оставьте комментарий